Привет, сволочь!

(я уже вцепился хищной пастью в твою лодыжку)


[sticky post]Вопросы и ответы
panzer
bortnik
Этот пост будет висеть вверху - в комментарии к нему можете скидывать различные вопросы ко мне, предложения и пожелания. По мере возможности, желания и адекватности спрашивающего буду отвечать потихоньку.

Мой цитатник ЖЖ
panzer
bortnik
petrova_olga
"Плохо - это когда глаза не боятся, а руки крюки"

"Они думают, что схватились за голый конец, а на самом деле держат оголенный провод"

mozgovedov

"что РКСМ(б), что ВКПБ, что РМП, что РРП, что другие секточки, они не могут выйти из своих детсадовских песочниц иначе, чем через гей-парад"

"Если вы думаете, что можете закручивать гайки, то ошибаетесь. И на вашу гайку найдется болт с резьбой"

"мелки в наш век пошли приматы, вождей уж нет - дегенераты"

"теория Маркса - это снаряд, который в кривых ручонках взрывается"

"связь с богом через позитивизм напоминает испорченный телефон."

pal_gun "если это повидло, то зачем оно в унитазе лежит?"

"муж предполагает, а жена располагает" (угадайте, кто)

Талмуд: "Когда пастух сердится на свое стадо, он дает ему в предводители
слепого барана".
greymage: "Добро без кулаков это тоже самое, что крыса без зубов: писку много, а толку мало."

grano_ivan: "У вас же на сайте, если память не отказывает, рубрика "немного теории". Вот немного теории приводит к "много" глупостям."

the_mockturtle: "А "дурак дурака видит издалека" теперь и вовсе называется "социальная сеть"..."

n_petrovich"Нет у коммунистов единомышленников среди тех, у кого говно вместо мозгов..."

Баш: "Если ты видишь цель и не видишь препятствий, возможно еще просто не загрузились текстуры"

из Интернетов: Советскую систему критиковать, конечно, можно, но только не с позиции сегодняшних российских реалий. Это все равно что сидеть по уши в г-не и возмущаться по поводу чьих-то грязных ботинок.."

оттуда же: "У нас уже есть каста интеллектуалов, которые не допускают в свои ряды людей неантисовестких взглядов."

о нематериальной стимуляции труда
panzer
bortnik
До сих пор эксплуататорские формации знали два способа мотивации труда:
- -насилие («работай, а убью»)
-  материальная заинтересованность («кто не работает, тот не ест»)
Именно поэтому нематериалриальная мотивация труда у всех антисоветчиков ассоциируется именно с насилием – не умея выйти за рамка узкокапиталистического мышления, ненасильственные способы мотивации сводятся либо к материальному стимулу, либо в лучшем случае к пропаганде. Именно в таком ракурсе рассматривают вопрос о мотивации и все оппортунисты – Хрущев, Косыгин, Андропов, Зюганов и прочие, и прочие.
К сожалению, многие левые точно так же считают, что коммунистическое общество произведет некоторый магический скачок, в результате которого труд станет сплошь творческим, и им заниматься будет приятно и интересно, а до этого работать будут под влиянием высокой сознательности – то есть, фактически, под воздействием пропаганды. Ослабь в таком обществе пропаганду – и мотивация резко сократится. Ведь труд – он долго не будет полностью творческим. Монотонные, непривлекательные, тяжелые виды труда будут длительное время сохраняться. Да и мера творчества будет изменяться с изменением характера труда. Для начала 20 века механизированный труд квалифицированного рабочего считался творческим по сравнению с клепальщиком, для современности токарь вряд ли удовлетворен своим творчеством.
Конечно,  умалять успехи пропаганды и расширения сферы творческого приложения усилий в трудовом подъеме первых пятилеток не стоит, однако надо понимать, что ни пропаганда, ни высокая сознательность не добились бы таких результатов, если бы не механизм, заложенный В САМОЙ ПЛАНОВОЙ ОРГАНИЗАЦИИ ПРОИЗВОДСТВА.
Основной закон, согласно которому плановое хозяйство порождает нематериальную и ненасильственную мотивацию к труду можно сформулировать следующим образом:
«Рациональная организация труда, научная организация производства на базе общественной собственности делает каждого работника одинаково значимым во всем народном хозяйстве, строго определенное место в производстве и прямая зависимость благосостояния работника от результата всей хозяйственной деятельности делает невозможным исключение работника из трудового процесса или некачественное выполнение им своих обязанностей»
Одним словом, рациональность и научность организации производства порождает у работника сознательность выполнения трудовых функций при условии удовлетворения основных разумных потребностей.
В чем тут отличие от капитализма?  При капитализме работник работает не потому, что труд его общественно необходим, и без этого труда рухнет благосостояние всего общества, разрушится социальная структура, и человечество пойдет обратно в пещеры, так не доклонировав мамонтов, а потому, что иначе он не получит набор необходимого для физического и социального выживания средств потребления. Наемного работника совершенно не волнует конечный результат труда – вне зависимости, что он строит, завод ли по производству игрушек или пирамиду для удовлетворения прихоти олигарха, или просто в силу иррациональности организации перекладывает бумажки в офисе, он работает, чтобы выжить. Иррациональность организации труда, излишние траты человеческой рабочей силы в разных формах при капитализме работнику вполне понятны даже в рамках его компетенции. Постоянный диссонанс между потребительской стоимостью и меновой, кустарная организация труда, постоянная задублированность и неравномерность производства, обилие посреднических звеньев, простое самодурство капиталиста – все это дополнительно демотивирует пролетария работать помимо вполне естественного нежелания прикладывать усилий больше, чем необходимо для получения заработной платы. Идиотизм пустопорожнего, ненужного обществу труда, бессмысленного перенапряжения сил, отчуждение результатов труда от работника порождает отношение к труду как к унизительной и обременительной обязанности, которая должна компенсироваться личными материальными благами. Антикоммунисты, когда говорят о «невозможности коммунизма из-за человеческой природы», имеют в виду только такого, воспитанного  капитализмом, человека, который никогда не пользовался всеми результатами своего труда, для которого хаос капиталистической организации производства есть бессмыслица, в которой труд сам по себе бессмысленен и очень косвенно влияет на его материальное положение и социальный статус, а влияет только получение зарплаты. Соответственно – если можно не трудиться и  получать, такой человек будет не трудиться и получать.
Однако плановая организация производства четко показывает даже для самого монотонного и нетворческого труда уже в самом трудовом процессе общественную значимость каждой операции – отсутствие излишнего, общественно ненужного труда в процессе производства,прозрачность производственных механизмов (завуалированных при капитализме денежной формой) делает каждый  трудовой акт общественно полезным, необходимым, от которого невозможно улизнуть, уклониться без потери в материальном положении и социальном статусе. Сам социальный статус в планово организованном производстве на базе общественной собственности формируется на основании количества и качества труда – при уравнивании материального положения никаких иных статусных признаков уже не остается. Осознание общественной значимости  собственной деятельности само собой мотивирует человека. Тяжелые последствия недобросовестности труда ложатся на него не только материальным, но и моральным грузом, остракизмом со стороны общества. Метеоролог, проспавший буран, электрик, забивший на аварию, токарь, систематически не выполняющий план, моментально выпадают из рационально организованного производства, им не находится места, аналогичного по степени социальной ответственности – при систематическом труда такого рода лодырь обречен на положение человека второго сорта.  Даже не теряя в материальном положении ничего, недобросовестный работник обречен на ухудшение общего качества жизни так или иначе.
Надо сказать, что капитализм также способен в частных случаях стимулировать пролетария через механизм осознания социальной значимости деятельности. Например, пропаганда «почетной обязанности Родину защищать» базируется на вполне добросовестном заблуждении призывника о высокой степени социальной необходимости это делать. На этом же принципе формируются и другие апелляции капиталиста к массам  – от иррегулярных «самооборон от террористов» до апрельских субботников, экономящих буржуазному коммунальному хозяйству денежки для прикорма обслуживающих коммунальное хозяйство фирм. Это не мешает, впрочем, капиталистам болтать про то, что нематериальный стимул не может обеспечить нужной мотивации к труду.

(no subject)
panzer
bortnik
Вынесу из комментов. Наше население, к вопросу, очень слабо понимает, что в обществе рулят в большинстве своем НЕФОРМАЛЬНЫЕ законы, а право, т.е. формальные законы и правила - это просто формализация некоторых неформальных закономерностей общественной жизни, их закрепление и поддержание силой государства. Потому вопрос о неформальном авторитете почти всегда опускается, и сосредотачиваются на чисто юридическаих моментах.

http://ru-teacher.livejournal.com/736445.html
вообще-то в эпоху Интернета вопрос о частной жизни достаточно условен. Относительно целого ряда профессий - врачей/учителей/политработников/руководителей их частная жизнь вообще всегда была публичной просто по факту. У меня бабка с дедом были учителями в сельской школе, я застал то время, когда они еще в школе работали, я просто вижу, что качество подготовки учителя упало. Нормального учителя обсуждать никто не будет, даже если родители - стая бабуинов.
- нормальный учитель вовремя информирует родителей об успехах и неуспехах детей (к вопросу, через оценки, записи в дневнике и родительские собрания с разговорами после них обычно всегда хватало) и строит отношения таким образом, что родитель точно знает, что происходит с учебой, в силу чего нет никакой необходимости ловить учителя на остановке.
- нормальный учитель умело пользуется всеми средствами, чтобы не было необходимости звонить, узнавать д/з. Например, в Москве есть электронный дневник, в который, по идее, учитель должен вносить д/з, но... как правило, не вносит. У нас она рассылает эл. почтой по родителям. Дневники на заполнение не проверяет, все скинула на родителей. Логично, что при такой постановке работы иногда она забывает отослать, некоторые родители периодически в рассылку не попадают, а дети это д/з записывать забывают. Сама себе коварная буратинка
- но самое главное - это АВТОРИТЕТ УЧИТЕЛЯ в глазах родителей. Он складывается из качества обучения детей, из качества воспитания и организации классного коллектива, из личностных качеств учителя. Если учитель показал себя как хороший педагог, дающий знанию, увлекающий детей знаниями, держащий в руках весь класс, заботящийся об обучении и воспитании детей, то никто не позволит себе звонить ему в 10 вечера по ерунде. А когда учитель обучает с серединки на половинку, по вопросу о поведении детей в школе отвечает "а что я с ними сделаю, раз они передрались?", когда в классе не пойми что творится, успеваемость скачет, информация о происходящем разноречива, а учитель занимается формальными отговорками - вот тогда и родитель начинает соответственно относиться к учителю - как к человеку, которого надо ЗАСТАВЛЯТЬ заниматься профессиональными обязанностями. Со всеми вытекающими. За таким учителем будут следить в соцсетях, будут пенять за открытые купальники и фривольные фильмы, потому что НЕТ ДОВЕРИЯ, НЕТ АВТОРИТЕТА.
Вот у меня бабку никто из автобуса не тягал - родители ее уважали, а о том, чтобы деду по пустякам названивать - и в помине такого не было

(no subject)
panzer
bortnik
С подачи «фюрера всех чеченов» в прессе проскочила очередная волна страданий по депортации чеченцев. Полагаю, на эту тему следует немного порассуждать – о революции и принципе коллективной ответственности.
Что такое принцип коллективной ответственности?
Принцип коллективной ответственности – это одна из наиболее древних правовых форм, которая содержится в еще общинном, доправовом, догосударственном обществе в форме традиции, обычая. Возникает оно на том этапе, когда общество объективно поделено на отдельные устойчивые хозяйственные образования – родовые/соседские общины. В таком случае единичное закономерно не выделяется из общего. Так как отдельный индивид ничего из себя в экономическом смысле не представлял, его жизнь была жестко регламентирована тем социумом, в котором он жил, то и ответственность он персональную нести не мог – во-первых, он ее не мог понести экономически (например, компенсировать ущерб), так как в родовой общине, да и в соседской тоже, ничем существенным не обладал – все, что имело более-менее существенную ценность, было собственностью рода/общины. Потому вполне логично, что принцип коллективной ответственности был одним из основных в традиционном праве на этапе первобытного общества в той его стадии, когда уже есть зачатки правовых и собственнических отношений, но государства еще нет.
Эксплуататорские отношения коренным образом изменили традиционное право – во-первых, выделился слой собственников, обладавших полной экономической самостоятельностью, соответственно, мог нести и персональную ответственность, во-вторых, эксплуататорские отношения разделили общество не по родоплеменному признаку, а по признаку эксплуататоров/эксплуатируемых, следовательно, применение принципа коллективной ответственности по классовому признаку означало фактически либо революцию (когда эксплуатируемые применяют этот принцип ко всем эксплуататорам), либо лишение эксплуататора рабочей силы, что объективно было невыгодно. Соответственно, традиционная норма коллективной ответственности начинает вытесняться ответственностью личной.
Однако не стоит думать, что отношения собственности лишают принцип коллективной ответственности вообще какой-либо почвы. Дело в том, что личную ответственность нести может только тот, с кого есть что взять – а конкретно, собственник. Раб же не являлся собственником даже самого себя – следовательно, коллективная ответственность достаточно широко применялась классом эксплуататоров к эксплуатируемым. 400 рабов Педания Секунда, казненных по принципу коллективной ответственности за убийство одним из рабов своего хозяина (к вопросу, коллективная ответственность рабов была прописана в хваленом буржуазными юристами как основа буржуазного права римском праве) должны бы убедительно говорить о несостоятельности доводов буржуазных романтиков о несовместимости частной собственности и коллективной ответственности. Правда, был еще такой нюанс, что коллективная ответственность эксплуатируемых перед эксплуататорами  в соответствии с законами диалектики порождала и обратную ответственность – точно так же коллективную. Так, например, во время Сицилийского восстания (одного из очень немногих относительно успешных восстаний рабов, когда рабы сумели создать свое государство и некоторое время удерживать за собой Сицилию), рабовладельцы по принципу коллективной ответственности вырезались, поражались в правах и отдавались в рабство общинам освобожденных рабов/вожакам отрядов рабов, при этом на личную степень вины смотрели в самую последнюю очередь – судя по скудным описаниям, выживание рабовладельца зависело от желания левой пятки рабов более, чем от степени мягкости режима в его латифундии.
Еще один нюанс заключается в том, что мы никогда не имеем эксплуататорские отношения – в силу стихийности самих отношений частной собственности, эти отношения проявляются одновременно в одном и том же обществе в разных формах. Множественность форм частной собственности – это непреложный закон всех эксплуататорских формаций. В античном рабстве сосуществовали классическое античное рабство, личная зависимость крестьян наподобие феодальной, общинное землевладение, личное натуральное хозяйство. Когда мы говорим  о рабовладельческой формации, то мы говорим о том, что основным товарным производителем были античные рабы, которые и позволяли содержать все публичные органы государства и именно владение рабами определяло господствующий класс. Точно так же и в феодализме, и в капитализме мы имеем широкий спектр собственности – от общинной и личной мелкой собственности натурального хозяина до античного рабства и капиталистического предприятия. В соответствии с этим многообразием форм принцип коллективной ответственности в частнособственнических формациях продолжал активно применяться в основном по отношению к эксплуатируемым – феодал гораздо чаще имел дело не с частным хозяйством отдельного крестьянина, а с крестьянской общиной, так было проще управлять, да и отдельные хозяйства и не могли справиться с нужным объемом повинностей. Потому деревни запросто сжигались со всеми жителями, даже если речь шла о пьяной драке местного буяна с парой дружинников. Этот же принцип распространялся и на отдельные группы эксплуататоров – например, классовые чувства не мешали гугенотам резать католиков, а католикам гугенотов, хотя гугеноты были противниками абсолютизма только в общем и с большим приближением, а в частности там монархист на монархисте сидел и о сильном короле мечтал, опричники развешивали по воротам классово близких новгородских бояр, не разбираясь, кто из них больше или меньше государя любит.

Революция и принцип коллективной ответственности.
Казалось бы, капитализм, который признал, наконец, право каждого индивида собственником – как минимум, собственной рабсилы, должен бы распроститься с принципом коллективной ответственности. В капитализме субъектом является в первую очередь именно индивид  - капиталист именно за такое состояние и борется, чтобы атомизировать общество, потому что индивид на рынке труда является СЛАБЕЙШИМ контрагентом. Борьба капиталистов Англии против чартизма, пусть даже и самых примитивных, идеологически бессильных, даже рептильных организаций пролетариев есть проявление именно этой стороны частнособственнических отношений. Однако отказа от принципа коллективной ответственности не последовало, кроме как на словах. Буржуазные революции (именно они) выдвинули принцип коллективной ответственности по классовому признаку  в качестве одного из основных принципов революционного права. Робеспьер, Дантон, Марат обосновывали кары против аристократов как симметричным применением принципа коллективной ответственности противниками республики, так и необходимостью лишить аристократию почвы для сопротивления.
Основное теоретическое достижение буржуазно-революционных идеологов состоит в том, что они дошли-таки до классовой теории и до классовой борьбы. В условиях обостренной классовой борьба авангард класса мобилизует все силы класса, в силу чего выделить в классовой борьбе «комбатантов» и «нонкомбатантов» невозможно ни теоретически, ни практически. Головы аристократов, в значительной степени слабо представлявших себе собственную вину, катились в корзины с опилками , и никого из буржуа, отжимавших у аристократов поместья, обеспечивших себе должности и привилегии в буржуазном государстве, не смущало. Аналогично и сжигались деревни шуанов, не разбираясь, кто там как относится к кровопийце-помещику. Разбираться в таких тонкостях столь грубым правовым аппаратом, который имелся в распоряжении республиканцев, было просто невозможно. В общем, буржуазные идеологи провозгласили, что «кто не с нами, тот против нас».
Как ни странно, но именно этот тезис, провозглашенный либералами всего мира людоедским, есть условие перехода в революционном праве от коллективной к персональной ответственности. Единственным способом для аристократа или шуана избавиться от проклятия собственного происхождения или ярлыка роялиста – это активное участие в революционных мероприятиях. В таком случае он лично отвечал за свои поступки. Измена генералов из числа аристократов  никак не сказалась на судьбе множества бывших феодалов-революционеров типа Лафайета – Лафайета, конечно, якобинцы хотели «женить на вдове», но не за факт принадлежности к первому сословию, а за реальные шашни с королевской семьей. Фактический резкий раскол класса аристократов не позволял рассматривать активных революционеров из их числа как представителей сообщества аристократов. Фактически это был первый опыт революционного права , общего для всех революций, берущего начало в классовой структуре общества и ожесточенной классовой борьбе, доходящей до своего пика и связанной с коренной ломкой экономического уклада. Одним словом, принцип коллективной ответственности – это общий правовой принцип, применяемый в различных условиях, в которых личная ответственность так или иначе невозможна.
Обычно трактуется принцип коллективной ответственности примитивно - как форма террора, то есть устрашения. Однако с чисто правовой точки зрения это есть форма неотвратимости наказания, как бы цинично это ни звучало. Принцип хорошо сформулирован в известной фразе папского легата: «Убивайте всех, бог узнает своих». Так этот принцип, по сути, и трактовался в Хатыни и Сонг-Ми.  Отказ от применения принципа коллективной ответственности подрывает основу любой правовой системы – принцип неотвратимости наказания. Стоит выбор – либо карать виновных и невиновных, в таком случае виновные будут наказаны 100%, или карать только виновных, что при практической невозможности выявить степень личной вины выливавется в «не карать». Это обоснование опять-таки почерпнуто в буржуазном революционном праве, правда, обосновывалось достаточно робко – сам Робеспьер упирал на безусловную виновность всех наказанных, освобожденных же им собственноручно невиновных, попавших под трибунал, называл «патриотами», которых оклеветали. В принципе, вся борьба Робеспьера вокруг принципов работы Революционного трибунала как раз крутится вокруг проблемы обеспечения активного применения кар, невзирая ни на что и обеспечения трибуналу хоть минимальной компетентности. Впрочем, и кроме Робеспьера были в Конвенте сторонники вырезания аристократов под корень, невзирая ни на что. Несовершенство правовой системы, полицейского и судебного аппарата неизбежно выливается в эту форму реализации ОБЫЧНОГО ТЕРРОРА ЛЮБОГО ГОСУДАРСТВА (которое, собственно, для вооруженной защиты правящего класса и существует).
Прежде чем приступать к специфике пролетарского революционного права, требуется упомянуть об одной общей вещи, которой часто смущаются наивные левачки. Ни одно классовое общество не может функционировать без права. В силу этого мы можем говорить лишь о РАЗНЫХ системах права в рамках одной формации, но не о бесправии как таковом. Право может быть военным, революционным, стихийно сложившимся, оккупационным, но отсутствовать совсем оно не может – правящий класс не может управлять без этого института. «Неработающее право», «бесправие» - это скорее категория моральная. Состояние «беспредела» - это короткий исторический миг, когда одна система ушла, другая еще не устоялась. Например, на Украине в 2014 этот миг продолжался не более трех-четырех месяцев, затем какая ни есть, но правовая система сложилась вполне рабочая.  Если формально декларируемое право не работает, это значит только, что декларируемое публичное право не соответствует фактическому праву. И опять же, именно Робеспьер обосновал этот разрыв как характерную черту революционного правительства, как работающего в чрезвычайных обстоятельствах, в котором писанные законы заменяются требованиями политической, военной, экономической необходимости.
Кое-что о принципе коллективной ответственности в пролетарском революционном праве.
В силу того, что основные принципы революционного права берут начало в более общих, чем собственно особенности господствующего класса, то особенности касаются только того, КТО и КОГО и за какие действия подвергает наказанию. В советском революционном праве, складывавшемся с 1917 года все правовые нормы были подчинены одному – научно осознанной необходимости. Именно поэтому в разных регионах правовые системы и формы реализации права складывались различно, и в некоторых вопросах прямо противоречили друг другу – разные обстоятельства, разные формы. Одни формы и институты власти в Гражданскую менялись на другие с быстротой необычайной – ВРК менялись на Советы, Советы на ревокмы, ревокмы на комендатуры и опять на советы. Уполномоченные, комиссары, представители тех или иных органов разъезжали по стране с разными функциями и полномочиями. Степень ответственности каждого учреждения была неопределенна – смешалась хозяйственная, исполнительная, законодательная, судебные «ветви  власти». Наряду с значительной долей бардака, практически неизбежного в ходе коренной ломки эксплуататорского государства, в этих явлениях заключалось то самое революционное право, которое руководствуется целесообразностью, а не формальным законодательством. В советском революционном праве не было слепого поклонения форме, наоборот, формы постоянно подчинялись требованиям необходимости.
Надо сказать, что равно как и революционные буржуазные демократы ВФР осторожно оправдывали принцип коллективной ответственности и выступали против требований «бешенных» о поголовном терроре, большевики в принципе выступали за адресность репрессий.  Постоянные и систематические призывы партии большевиков отделять агнцев от козлищ в ходе Гражданской отражали это теоретическое положение о революционном праве как системе четко определенных норм, в котором гражданин является самостоятельным субъектом и отвечает только за свои действия.
Однако практика Гражданской войны поставила большевиков перед несколькими факторами:
 - массовое применение коллективной ответственности противниками (ну, например, казаки вырезали станицы «иногородних» за массовую поддержку большевиков), Колчаковские каратели перепарывали поголовно население деревень даже из «профилактических» соображений, националисты устраивали еврейские погромы;
 - большевики столкнулись с социально отсталыми группами и слоями, в которых были сильны принципы круговой поруки, родоплеменного строя;
- слабость собственного следственного и карательного аппарата, не позволявшего адресно применять репрессии.
Это в чрезвычайных ситуациях ставило перед необходимостью применения репрессий по принципу коллективной ответственности, что практиковалось по необходимости где-то больше, где-то меньше. В разных ситуациях применялись децимации к дезертирующим или контрреволюционно настроенным частям (или за дикие проступки вроде мародерства или погромы), массовые выселения кулацких хуторов за невыполнение приказов и сопротивление их проведению, взятие семей в заложники, репрессии по классовому признаку. В практически каждом случае невозможность адресного применения террора обуславливалась обстоятельствами, настоятельной необходимостью террором подавить сопротивление и наладить дисциплину. Надо сказать, что коллективная ответственность предполагала и коллективную повинность – на буржуазию отдельных городов и местностей накладывали контрибуции, она несла повинности как некоторый коллектив (например, на рытье окопов или уборке улиц),кулацкие села получали разнарядки на гужевую повинность, дровяную, фуражную,  из  числа буржуазии брались заложники и т.д.
Но надо заметить еще раз, что из этих мер исключались активные участники революционного движения. Так, например, революционные матросы реквизировали собственность у отца Троцкого, однако к самому Троцкому никто не подкатывал с вопросом пойти покидать снежок на улице Москвы в качестве мобилизованного представителя класса  буржуа. Такое отношение есть прямое следствие революционного отхода от права формального, которое позволяло трактовать все правовые нормы в рамках целесообразности.
Пролетариат фактически ничего не внес в революционное право ничего того, чего не было бы в революционном буржуазном праве, кроме научного подхода. Если Робеспьер апеллировал к «внутреннему чувству» судей ревтрибуналов (требовать научного подхода к делу было при общем состоянии обществоведения у буржуазного класса вообще немыслимо), то целесообразность ставится во главу угла красного террора. При всех грозных воззваниях и резолюциях масштабы репрессий во-первых, были существенно ниже, чем об этом декларировалось (см. напр.Ратьковский https://vk.com/doc182881627_419308150?hash=38ed95b5e2246fed40&dl=8108a28859435b67f4), а во-вторых, он проводился таким образом, чтобы наименее страдали народное хозяйство и госаппарат, в силу чего м если и можем говорить о коллективной ответственности, то только как ограниченной и локальной.
Однако не только политическая целесообразность принципа коллективной ответственности служила источником его фактического применения. Дело в том, что строительство революционного госаппарата – дело не одномоментное, и в силу того, что в этом процессе принимают участие широкие массы, то имеется значительная доля стихийности как в подборе кадров, так и в контроле за деятельностью тех или иных частей аппарата. И тем более партия не могла сразу взять контроль над стихийными массовыми настроениями, которые принимали форму расправ по принципу коллективной ответственности. Было бы странно, было бы немыслимым подвигом, если бы удалось удержать рабочих и крестьян, потерявших родных и товарищей от белого террора от мести по классовому признаку в каждом конкретном случае. В значительной степени приходилось просто стихийный террор вводить в нормативные рамки коллективной ответственности, чтобы иметь ХОТЬ КАКОЙ-ТО контроль за ситуацией. В революции стихийность очень часто давит целесообразность, научный подход. Низкий научный уровень широких масс служит постоянным источником ошибок в проведении политики – это большевиками, и в частности Лениным, хорошо осознавалось. Сейчас, пожалуй, с  точки зрения потерпевших поражение, мы может гораздо лучше осознавать, где политика была целиком научной, а где была сделана уступка стихии и должны не превозносить ошибки, а их признавать,  и находить даже в научном управлении элементы ошибок.
Однако, возвращаясь к нашим чеченцам и депортациям, можно легко увидеть, что депортации были лишь формой применения общего принципа коллективной ответственности. Так как в 1944 году госаппарат и правовая система сложились и были сильны от стихийных влияний, то мы можем их рассматривать в меньшей мере как уступку стихии, а только как целесообразную и осмысленную политику. Среди горских народов пережитки первобытно-общинного строя были настолько велики, что применение принципа личной ответственности было невозможным – родоплеменные сообщества покрывали преступников, поддерживали и помогали, ставили интересы семьи/тейпа выше общественных. Но и прощение этого по факту невозможности привлечения к ответственности было нецелесообразным – безнаказанность развращает. В результате применен был принцип коллективной ответственности. Судя по относительной мягкости наказания за достаточно серьезные преступления, основной задачей наказания было все-таки не покарать, а разрушить среду родоплеменного сообщества – на местах поселения население было в значительной степени смешанным, чеченцы привлекались в промышленность, расселялись некомпактно, урбанизировались частично. Это создавало предпосылки перевоспитания. В принципе, воспитательный эффект депортации вполне подтвердился - чеченская диаспора в РФ/Казахстане, которая ведет начало от переселенцев, в чеченских войнах 90-х «пятой колонной» так и не стала. Даже тот рыночный шок, который для россиян устроил нежно поминаемый буржуями всех мастей Боренька с командой эффективных менеджеров по прихватизации, потомков этих переселенных чеченцев не вытащил из Новосибирска, Алма-Аты и Барнаула в горы Кавказа воевать за Ичкерию. Просто были потеряны те родоплеменные связи, которые питали дополнительно национализм и толкали чеченцев в кровавую мясорубку.
И остается последний вопрос – а будет ли применен в будущей революции принцип коллективной ответственности?
На это марксист с достаточной уверенностью говорит – ДА, БУДЕТ. Потому что марксист великолепно понимает те условия, которые требуются для применения принципа личной ответственности:
 - высокий научный уровень работы революционного госаппарата;
 - достаточные экономические и кадровые мощности госаппарата;
 - слабое стихийное давление малограмотных в политическом смысле пролетарских масс;
 - отсутствие крупных групп противников, среди которых личную ответственность установить невозможно, групп с пережитками патриархальщины и традиционных форм общества.
Кроме первого пункта, все остальные напрямую не зависят от коммунистов – вряд ли до революции удастся даже развернуть партию настолько, чтобы иметь возможность в сжатые сроки развернуть госаппарат с нужным качеством. Безусловно, коммунисты борются за повышение качества сознания как собственно партийцев, так и широких масс, и в теории мы должны выступить, когда у нас есть достаточно кадров сформировать аппарат, а хозяйство в таком состоянии, чтобы реализовать экономически содержание и проведение этим аппаратом всех требуемых мер. Однако капиталисты оставят нам разрушенную экономику, отупевшую в значительной степени пролетарскую массу, среди которой будут цвести религиозность, патриархальность, трайбализм и все прочие радости распада и разложения, нам придется действовать в условиях, далеких от идеальных (еще ни одна революция даже не приближалась к таким условиям), а потому, надо будет прилагать все мыслимые усилия для того, чтобы опрокинуть бешенное сопротивление капитала, который не преминет опереться на широкие и отсталые группы масс. Это все не позволит положить в стол принцип коллективной ответственности – в первую очередь по классовому признаку.
У капиталиста есть только один способ не пострадать «за компанию» в революции – самому стать революционером, отдать силы и средства для революции. У представителей различных групп населения есть точно такой же способ не попасть под раздачу – активно удерживать как лидеров этих групп, так и отдельных членов их от активного антикоммунизма, а по возможности организовывать групповую поддержку коммунистических сил. Классовая борьба такова, что отсидеться по принципу «моя хата с краю» все равно не удастся.  Крайних хат под артобстрелом не бывает в принципе. 

(no subject)
panzer
bortnik

пользователь ВК Владимир Антонов прокомментировал научный централизм:

"Я пока только пытаюсь разобраться в марксизме, но возражения у меня есть. Я оставлю в стороне замечания относительно понимания термина "демократический централизм" и трактовки ленинской позиции в этом вопросе; также не буду касаться и потенциальных трудностей практической стороны реализации "научного централизма". Постараюсь коротко написать о главном.
А главное я вижу в том, что идея "научного централизма" отрицает диалектику. Представление о том, что группа мудрецов (как вариант, король-философ) способна лучше всего понять окружающий мир и, соответственно, лучше всего принимать решения, основываясь на этом понимании - следствие разоблаченного еще Гегелем заблуждения о том, что мышление протекает исключительно в сознании. Такая логика, напомню, может лишь продуцировать непротиворечивые в себе системы аксиом и следствий.
Нет, мышление - это способ развития материи, мира, общества - любой системы в ее рамках. Самый умный и теоретически подкованный человек может лишь выявить противоречие и предложить снимающее его спекулятивное решение. Притом сделает это настолько успешно, насколько верно выделит это противоречие из практики или из понятий - осознанного результата практики. А кто осуществляет всю практическую деятельность? Пролетариат и трудовая интеллигенция. Именно они сталкиваются с противоречиями, причем, пусть и в сыром виде обыденных представлений, но наиболее остро, точно и повсеместно. И поэтому их оценка степени снятия противоречия предложенным сверху решением является чрезвычайно важной и показательной. Отбрасывая важность обратной связи, важность контроля пролетариатом руководства, "научный централизм" парализует мышление общества как системы, т.к. не дает выражать скептицизм (вторая стадия мыслительного акта по Гегелю, она же антитезис) по отношению к тезису (основанному на представлении руководителей решению власти). Точнее, "парализовал бы": мышление - процесс объективный, и текущее состояние системы - его производное. А потому противоречие будет рано или поздно разрешено, но уже в более общей форме, захватив в себя и власть с такими установками.
Другим свидетельством антидиалектичности вашей позиции является идея "научного единомыслия". Это оксюморон - еще Кант доказал, что познание по природе своей антиномично. Противоречия - примененное условие развития в диалектике; значит свободно от противоречий только то, что не развивается. Понятийная система, которая не развивается, не терпит критики и самокритики - по определению есть догматизм, а не наука.
В целом "научный централизм" выглядит как попытка обмануть степень развития мышления, выраженную в развитии общества. Надежда решить проблемы познания (а значит и управления) несколькими умами в обход научно выявленных законов развития - волюнтаризм и неверно, в духе культа личности, трактовка роли классиков в истории."

Что на это можно сказать... я постараюсь, конечно, не отзываться негативно о личности Владимира Антонова, но у него та самая ситуация, ситуация, когда посмотрел в книгу - увидел фигу, если верить тому, что он что-то по марксизму читал...

1.  "
Представление о том, что группа мудрецов (как вариант, король-философ) способна лучше всего понять окружающий мир и, соответственно, лучше всего принимать решения, основываясь на этом понимании - следствие разоблаченного еще Гегелем заблуждения о том, что мышление протекает исключительно в сознании.

- хочется воскликнуть, перефразируя персонажа Дефо: "Бедный, бедный Владимир Антонов". Он безнадежно запутался в теории познания. Ну как можно забыть о том, что Гегель был объективным идеалистом, и для него мышление было всего лишь восхождением к объективной истине - а именно, абсолютному духу, существующему априорно и безотносительно любого сознания. Познание для Гегеля - это срывание готового яблочка с дерева. Для материалиста же познание - это вылепливание в сознании копии яблока, по возможности как можно более похожего на оригинал, и практика с точки зрения теории познания - это лишь процесс сравнения оригинала с моделью. Выстраивание новой модели, не имеющей аналога в объективной реальности же происходит именно в сознании, и только потом реализуется в практику - в приведение объективного мирав в соответствие с теоретической моделью. Антонова явно смущает тот факт, что построение новой модели и практика в подавляющем большинстве случаев происходят практически одновременно, предшествование теории неявно и практика от теории практически неотделима. Однако мышление само по себе НИЧЕГО НЕ РАЗВИВАЕТ, стремление отождествить мышление с практикой вне зависимости с какой стороны это отождествление предпринимается - практика ли объявляется мышлением или мышление практикой, есть в одинаковой степени идеализм, представляющий мышление в качестве самостоятельного объекта материального мира, игнорирующий отражение.
Почему в данном случае вопрос об отражении столь важен? Почему Ленин на проблеме отражения подробно останавливался? Потому что вопрос о качестве отражения есть фактически вопрос о КАЧЕСТВЕ МЫШЛЕНИЯ. Смешивать мышление с практикой (к вопросу, один из тезисов ильенковщины) означает говорить о "неважно каком" мышлении и "неважно какой" практике. Антонов совершенно неслучайно превозносит "практику вообще", игнорируя ее качество:
"
А кто осуществляет всю практическую деятельность? Пролетариат и трудовая интеллигенция. Именно они сталкиваются с противоречиями, причем, пусть и в сыром виде обыденных представлений, но наиболее остро, точно и повсеместно. И поэтому их оценка степени снятия противоречия предложенным сверху решением является чрезвычайно важной и показательной."
Проблема только в том, что качество мышления определяет качество практики (и не наоборот, в силу того фактора, что в сознании объективный мир именно отражается, а не входит в него непосредственно). Диалектика как раз в том и состоит, что единство теории и практики на самом деле не единство, а рассогласованность, которая порождает постоянное движение от теории к практике, их постоянное взаимодействие, что позволяет о единстве говорить. Практика может отражаться в мышлении, но собственно теорий не рождает. Пролетариат и трудовая интеллигенция показывают уже много лет нам УБОГУЮ, ЭКОНОМИСТСКУЮ, РАБСКУЮ, а вовсе не революционную практику, и из этой практики не рождается никакой теории, так как качество отражения нулевое. Антонов этого в упор не видит, и видеть в принципе не хочет, для этого ему и понадобилось издалека начинать песню о том, что мышление в сознании-де не протекает, а протекает в подъемном кране в процессе практики.

2. Затем наш мудрец поет дифирамбы "практикам" и "обратной связи": "
Пролетариат и трудовая интеллигенция. Именно они сталкиваются с противоречиями, причем, пусть и в сыром виде обыденных представлений, но наиболее остро, точно и повсеместно. И поэтому их оценка степени снятия противоречия предложенным сверху решением является чрезвычайно важной и показательной. Отбрасывая важность обратной связи, важность контроля пролетариатом руководства, "научный централизм" парализует мышление общества как системы, т.к. не дает выражать скептицизм (вторая стадия мыслительного акта по Гегелю, она же антитезис) по отношению к тезису (основанному на представлении руководителей решению власти)."

- тут полный набор спекуляций на понятии "практики". Как выше я уже говорил, практика - это реализация теории, и никак иначе. Практика без теории - это когда эпилептик в судорогах чашку ест, или свободное падение оступившегося с высоты, когда человек телом совершает какое-либо действие, но никакой теории при этом не участсвует. Хорошая теория - хорошая практика, плохая теория - плохая практика. Представление о том, что некто А дает теорию, а Б реализует ее на практике есть некоторое утрирование, в бытовых вопросах допустимое, а в философских вопросах нетерпимое ни под каким соусом. Потому что Б для реализации теории на практике должен ей сначала овладеть. И мы имеем не мудрецов, которые дают теорию, реализуемую рабочими, а рабочих, которые УЧАТСЯ теории и применяют ее на практике. Чисто теоретически можно использовать массы "вслепую", но, опять-таки, метод слепого использования предполагает ЛОЖНУЮ ТЕОРИЮ в мозгах исполнителей, а вовсе не отсутствие теории как таковой. Так вот, обратная связь от практики к теории осуществляется через отражение и осмысление опыта субъектом практики. О каком осмыслении практики человеком, у которого в мозгах ложная или плохая теория, можно говорить? Что осмыслит человек, ничего не знающий? Беда многих рассуждающих о "практике животворящей" в том, что они тех самых рабочих и интеллигентов ни черта не знают, а потому им невдомек, что в мозгах рабочих и ИТР, не обогащенных марксистской теорией, капиталистическая практика уже много лет как отражается в форме анархизма, национализма, религии, либерализма и пр. Именно этой "обратной связи" желают противники НЦ? Увлечение абстрактом играет дурную шутку с любителями голых схем типа "тезис-антитезис-синтез", потому что субъект отражения в материалистической теории познания в каждом конкретном случае един, его нельзя разорвать на некоего абстрактного "практика" и "теоретика", практик и теоретик едины в одном лице. Научный централизм как раз стремится к тому, чтобы практик овладел КАЧЕСТВЕННОЙ ТЕОРИЕЙ.

Второй распространеной спекуляцией на понятии "практика" является представление, что в представлении НЦ теоретики - это некие марсиане, сидящие некоем в сферическом вакууме, никоим образом не включенные в практику. Во-первых, формирование теории само по себе является практикой в силу того, что это социально значимая деятельность, без теории никакой практики быть не может. Во-вторых, это уже сто раз говорилось еще Лениным и Сталиным, что теоретики (вожди) есть непосредственная составная часть субъекта социальной практики - т.е. класса. В-третьих, сторонники НЦ, занимающиеся преимущественно теорией, живут непосредственно в этом обществе и включены в социальные связи этого общества. Когда Антонов говорит о "мудрецах", то он забывает, что он при этом абстрагируется от всех остальных социальных связях и всей остальной социальной практике конкретных людей. Среди активистов журнала "Прорыв" нет людей из хрустальных замков на вершине горы. Есть научные работники, есть инженеры, есть служащие, есть студенты, есть рабочие, которые ежедневно занимаются той самой практикой, о которой так много рассуждают противники НЦ. И если говорить о качестве обратной связи, то есть существенная разница  именно в качестве связи от рабочего, который изучил основные марксистские работы, загрузил свой мозг диалектикой, материалистической философией, которые самостоятельно учится практически ежедневно кроме работы по найму, и от любителя пива, у которого и курс его собственной специальности, который он изучал в ПТУ, в голове не задержался, а читать он умеет только освежитель в туалете.

3. Полная путаница с теорией познания проявляется в утверждении о том, что противоречивость есть свойство познания: "Другим свидетельством антидиалектичности вашей позиции является идея "научного единомыслия". Это оксюморон - еще Кант доказал, что познание по природе своей антиномично. Противоречия - примененное условие развития в диалектике; значит свободно от противоречий только то, что не развивается. "

Надо не быть семи пядей во лбу, чтобы понять, что вопрос о научном единомыслии закономерно вытекает из единственности истины. Истина не может быть внутренне противоречивой, так как истина есть строгое соответствие сознания объективной реальности, а в реальности... никаких противоречий нет. Противоречие - целиком продукт сознания, это результат АБСТРАГИРОВАНИЯ от конкретных свойств единых вещей, когда одна ЧАСТЬ противоречит ДРУГОЙ ЧАСТИ в абстрактной форме. Объективно существующие противоположности же являются свойствами одного и того же общего, которое в абстрактной форме не может быть самопротиворечиво. Изучение Гегеля должно бы подсказывать, что процесс познания - это и есть снятие противоречия, происходящее в изучении всех свойств предмета. По Гегелю, в абсолютном духе (в нашем случае, истине) нет никакой противоречивости. Кант потому и остался Кантом, что не смог решать вопрос снятия антиномий, для Канта противоречие абсолютно и уходит корнями в непознаваемое, если несколько утрировать. Изученное противоречие есть снятое, потому требование антиномичности для науки -это требование "вечного невежества". По Антонову получается, что его "мудрецы", вечно изучая... ничему не учатся, а безрезультатно упражняются в тезисе-антитезисе. Если мы посмотрим на посиделки любых оппортунистов, то мы увидим именно эту картину - вечные споры, и никакого конечного решения.
Другое дело, что любое единомыслие ОТНОСИТЕЛЬНО, в силу НЕПОЛНОТЫ ПОЗНАНИЯ, и полное единомыслие есть абстракция, к которому организация стремится точно так же, как в материалической диалектике познание стремится к абсолютной истине (а Антонов посвятил немало интеллектуальных сил в борьбе с химерой). Развитие познания остановиться может только в том случае, когда будет познано ВСЕ ВООБЩЕ, а до тех пор, пока есть непознанное, ЧАСТЬ познанного, познанное неполно всегда будет до некоторой степени "противоречиво" в терминологии Антонова - то есть, относительно нее будут одновременно существовать противоположные мнения. Проблема с единомыслием состоит конкретно в качестве того, что является познанным полно. Релятивисты отказывают вообще любому знанию в полноте познания безотносительно меры познания, на этой же позиции, по существу, Антонов и стоит -  если противоречивость знания имманентное свойство любого знания, то да, единомыслие не развивает познания. Но при этом и ничего познанного у нас нет, такая вот форма агностики.

Ну, а на тему "культа личности", Шолохов очень ярко и афористично решил проблему - "был культ, но была и личность". В абстрактной форме это подразумевает, что компетентность - это содержание управления, а "культ" или не культ - это лишь форма управления. Цепляние за пустые, бессодержательные формы человека вообще не красит никак.


Про протест дальнобойщиков
panzer
bortnik
Про протест дальнобойщиков вижу уже не первую статью - типа, ура-ура, народ проснулся.
Ребятки, ну матчасть-то надо как-то учить. Рынок автоперевозок в РФ был всегда менее всего монополизирован, сейчас сохранилась достаточная масса мелких частников, зачастую мелких полубуржуев, полуремесленников, владельцев единственной машины, на которой сами же и работают. А если сами не работают - то работают их родственники, или же имеют две-три машины, а на заказы покрупней нанимают таких же частников-друзей. Именно по ним бьет плата за проезд по автодорогам - у мелкого бизнеса нет резервов, чуть лишний расход - он с копыт и не встанет, так как кредит ему выдают тоже очень туга ввиду сомнительной платежеспособности и незначительности собственных активов. Само собой, что введение платы за проезд - это еще один кирпич в реализацию естественного для капитализма процесса МОНОПОЛИЗАЦИИ. Этот процесс и так шел - крупные перевозчики съедали и вытесняли мелких. Чисто буржуазная борьба мелкобуржуя с крупными автоперевозчиком не затихала никогда.
Сейчас мы видим, что приказчик крупного капитала - государство ввел меры в ОБЩИХ интересах крупного капитала - в частности, ради наполнения буржуазного общака. При этом интересы крупного перевозчика он задел минимально, и даже эти задетые интересы крупному перевозчику окупятся вытеснением мелких игроков с рынка.
Пролетариат от этого процесса теряет... только мелкобуржуазные иллюзии. Это раньше у дальнобойщика была мечта - накопить на машинку и "работать на себя", а не на дядю. Такой дальнобойщик в самую последнюю очередь задумывался о политике, и менее всего симпатизировал коммунизму. Теперь мечта о "собственном деле" уплыла в далекие дали, пробиться в капиталисты, пусть мелкие, стало еще сложней, и дальнобойщику приходится привыкать к мысли, что он будет работать на дядю всю оставшуюся жизнь. То есть, станет "чистым" пролетарием. Это абсолютно тот же процесс, что и шел в конце 19-начале 20 века, и продолжается в аграрных странах по сей день - абсолютный и относительный рост пролетариата относительно собственника. Такой рост - это есть ОБЪЕКТИВНАЯ база для коммунистической пропаганды, в этом Ленин, если внимательно почитать "Развитие капитализма в России", видел базу для социалистической революции, опору для большевиков в крестьянской среде.
Сегодняшняя ситуация имеет только ту разницу, что в силу технического прогресса мелкийи тем более трудовой собственник сегодня не может веками балансировать "между" положением пролетария и капиталиста, из поколения в поколение, создавая из своего слоя устойчивые группы (как крестьянство). Его возникновение и разорение стремительно, и укладывается в короткие промежутки в 10-20 лет, развитые товарно-денежные отношения не консервируют его положение, рынок быстро определяет, кто он - "тварь дрожащая или право имеет".
Потому очень малый смысл поддерживать его - ему в массе своей объективно не удержаться плаву хотя бы еще год, какие бы меры ни принимай. Надо разъяснять не некую злобность правительства, а раскрывать глаза на мелкобуржуазные иллюзии - "выигрывает сильнейший, а ты шансов не имеешь". Чем раньше он примирится с этим, тем ранее он начнет искать решение своих проблем в уничтожении капитализма, а не в идиотских попытках прыгнуть выше головы.
Расхваливание его "мужества" в "противостоянии государству", некоего "нонкомформизма" еще более глупо - большинство наемных работников вышло не по своему желанию, а по приказу начальства - то есть, оказалось достаточно глупо и трусливо, что добровольно или под нажимом пошло защищать интересы собственного грабителя. Как можно говорить о нонкомформизме и мужестве человека, который идет воевать ВМЕСТО ХОЗЯИНА, чтобы только не потерять работу? Это пушечное мясо, натуральный раб, который есть "холуй и хам", и было бы неплохо марксистам, коли они марксисты, разъяснить идиотизм этого положения самим водителям, а не расхваливать их. Организаторы акции - это ни какие ни "низы", а ПРОДАЖНЫЕ ПРОФСОЮЗЫ по указке хозяев и хозяйчиков. Я общался с этими "профкомычами", правда, по вопросам оргнаизации перевозок. В этих профсоюзах рулят именно собственники транспорта - достаточно почитать соответственный раздел форумов на ATI.SU, и выступают именно с буржуазных позиций.
Если в этой акции и есть что положительное - так это то, что она показывает, что пролетарий имеет возможность при должной организации перекрыть дороги. Но факт наличия такой возможности ничего не дает.

помер так же идиотски, как и жил
panzer
bortnik
http://free-voina.org/post/129773489289/%D0%BF%D0%BE%D0%B3%D0%B8%D0%B1-%D0%BB%D0%B5%D0%BE%D0%BD%D0%B8%D0%B4-%D0%BD%D0%B8%D0%BA%D0%BE%D0%BB%D0%B0%D0%B5%D0%B2
как в анекдоте - "упал с дерева и сломал себе хвостик... "

к вопросу об "умении мыслить"
panzer
bortnik

http://www.caute.ru/ilyenkov/texts/iddl/09.html

Не первый раз встречаю многочисленные перепосты этого текста Ильенкова. Текст этот явился в свете бесконечных дискуссий в советской педагогике о формах преподавания в школе и о "реформировании" классической школы. Ильенков в данном случае стоит за реформирование классической педагогики и обосновывает философски аргументацию "неклассических педагогов" требованиями к "обучению мыслить" в ущерб объему знаний.
Сегодня мы можем увидеть в Интернете всю идейную и практическую нищету неклассической педагогики - например, с отходом от классического обучения письму в младших классов (которое есть на 90% именно "зубрение", против которого выступает Ильенков) имеем массовую неграмотность. Переходы на N-ное количество разных неклассических систем, каждая из которых декларировала "умение мыслить" резко обрушил и общую образованность школьников - если по истории не зазубривать даты Невской и Куликовской битвы, то ребенок, даже с великолепно поставленным логическим аппаратом будет путать Дмитрия Донского с Александром Невским,, что мы регулярно видим в Интернете, куда школота уже в массе своей переселилась.
Ильенков фактически подводит общефилософскую базу под теорию Монтессори. Педагогика Монтессори относительно тезиса Ильенкова об "обучению мышлению" есть лишь частный случай - Монтессори полагал. что ребенок, поставленный в благоприятные для самообучения условия, самостоятельно достигнет знаний, умений и навыков. Точно так же Ильенков стоит на той точке зрения, что, обучив ребенка мыслить, ребенок (конкретно школьник) самостоятельно возьмет нужные знания. Беда неклассических школ, которые из этих нехитрых базовых тезисов вышли, в том, что мышление (или, говоря утрированно, навыки применения диалектики, о кторой речь идет у Ильенкова) нельзя поставить на пустоте - знания, твердые, абсолютные логически связанные и системные знания есть основания любого мышления.Нельзя мыслить сложно простыми вещами - невозможно логически связать понятия, которые связаны через другие понятия, не зная всей цепочки понятий. Малые знания ведут к простому же мышлению, к опрощению, к метафизике - движение от A к B линейно, когда мы имеем только A и B, и соответственно, всю сложность и противоречивость явлений мы видим только когда знаем об A1,B1, C,D как промежуточных пунктах.
. Чисто теоретически, абстрактно-философски, да, совершенный логический аппарат выводит новое знание из исследования предмета, однако на практике человек сталкивается с абсолютной ненужностью, излишеством этого процесса исследования, так как окружающая среда человека - это продукт человеческой же деятельности, уже исследованная до него. Путь проб и ошибок обходится очень дорого человечеству, одна только простая мысль, что не стоит есть поганки, до сих пор обходится человечеству в сотни жизней каждую осень. И что самое интересное - только в средней полосе примерно каждые пять лет наука выводит за рамки съедобных один из видов грибов. Что это значит? Что метод проб и ошибок не только крайней затратен, но и катастрофически несовершенен даже в самом простом и насущном. Однако как идеал Ильенков этот САМЫЙ ПЕРВЫЙ способ познания, познания первобытной обезьяны превозносит до небес: "Нового тут ничего нет. Всякий достаточно умный и опытный педагог всегда это делал и делает. А именно: он всегда тактично подводит маленького человека к состоянию «проблемной ситуации» – как называют ее в психологии, – которая неразрешима с помощью уже «отработанных» ребенком способов действия, с помощью уже усвоенных знаний и в то же время достаточно посильна для него, для человека с данным (точно учитываемым) багажом знаний. Такая ситуация требует, с одной стороны, активного использования всего ранее усвоенного умственного [172] багажа, а с другой – не «поддается» ему до конца, требуя «маленькой добавки» – собственного соображения, элементарной творческой выдумки, капельки «самостоятельности» действия. Если человечек находит – после ряда проб и ошибок – выход из такой ситуации, но без прямой подсказки, без натаскивания, он и делает действительный шаг по пути умственного развития, по пути развития ума. И такой шаг дороже тысячи истин, усвоенных готовыми с чужих слов. Ибо только так и именно так воспитывается умение совершать действия, требующие выхода за пределы заданных условий задачи"
Категорическим недостатком метода проб и ошибок является то, что оценка результатов исследования неклассическими педагогическими школами идет по принципу "главное не результат, главное участие" - то есть, обучаемый, получив даже новое знание самостоятельно, не может адекватно оценить результат, то есть, истинность этого знания. Это нехитрое начало в советской педагогике, проводимое с фигов в кармане "энтузиастами, которые учили думать", воспитало массу диссидентов, которые выдавали массу безграмотных и кустарных "социологических работ", на которые без слез и взглянуть-о страшно.
Страдая от "воспитания догматика" Ильнков пишет:
"Воспитание догматика состоит в том, что человека приучают смотреть на окружающий мир только как на резервуар примеров, иллюстрирующих справедливость той или иной абстрактно-общей истины. И тщательно оберегают от соприкосновения с фактами, говорящими в пользу противоположного взгляда. Само собою понятно, что таким образом воспитывается только совершенно некритичный по отношению к самому себе ум. Столь же понятно, что такой оранжерейно взращенный ум может жить лишь под стеклянным колпаком, в стерильно кондиционированном воздухе, и что духовное здоровье, сохраняемое таким путем, столь же непрочно, сколь и физическое здоровье младенца, которого не выносят гулять из боязни, как бы он не простудился... Любой, самый слабый ветерок такое здоровье губит. То же самое происходит с умом, который тщательно оберегают от столкновений с противоречиями жизни, с умом, который боится (и не умеет опровергнуть) концепций, оспаривающих заученные им истины."
Однако при всей справедливости этого положения как частного, хотелось бы заметить, что частность этого положения заключается именно в том, что в реальности никак не получается создать этот "стеклянный колпак" - Ильенков, декларируя диалектичность в каждом абзаце, с таким примером скатился в банальную метафизику. Нельзя создать всеобщую и всеобъемлющую догму - догм всегда строго ограниченное количество, они ограничены даже для догматиков. Например, приводимый им пример с "дважды два четыре": да, это догма, закон абсолютен для строго определенных количественных измерений, однако никакому догматику в голову не придет перемножать капли воды не как капли конкретно определенного размера и веса, а как капли "вообще". Проблема с догматизмом вообще не в том, что догмы существуют, а в том, что их границ не осознают. Одним словом, мы никогда не имеем дела с "чистой" косностью и метафизичностью мышления, мы всегда имеем дело с недостатком знаний для определения границ понятий, которые берем за абсолютные. Именно не имея представления о количестве агрегатных состояний и физических и химических свойств веществ люди перемножают капли и литры воды и спирта как непроницаемые тела. И тут мы опять возвращаемся к проблеме, что обучить мыслить можно не кого угодно, а лишь человека, который обладает некоторыми знаниями - Ильенков проходит мимо этого, для него вся логика не упорядочивает знания, а существует абстрактно. отдельно от знаний, а знания в виде фактов и закономерностей в таком случае вообще вторичны, да, по-сути и не нужны.
На практике эту ильенковщину мы "ВНЕЗАПНО" (!) встречаем в систематических рецедивах махаевщины. Один мой коллега по работе (бывший конструктор советского КБ, кстати - выученик таких вот ильенковых) увлеченно как-то обосновывал свой антикоммунизм ссылками на свою репрессированную бабушку, утверждая при этом, что его бабушка с образованием в 4 класса была мудрей меня, так как главное - это уметь думать, а вовсе не знания. Точно также и неомахаевцы отстаивают преимущество рабочего над интеллигентом тем, что "можно быть умней, ничего не зная". На флаге любого воинствующего невежды, стоит только его прижать фактами, написано то, что рефреном у Ильенкова проходит через всю статью: "Знать - не главное, главное - мыслить". Прошло 25 лет с того момента, как мы вовсю пожинаем плоды этого "мЫшления", но перепосты все появляются и появляются...
И пара слов о том, как марксистская педагогика понимает воспитание диалектического мышления.
У Сталина вопрос о всеобщей взаимосвязи в философских воззрениях был совершенно не зря одним из ключевых. Потому что диалектическое познание есть познание ВСЕХ СВОЙСТВ предмета, то есть, диалектическое мышление как начальный этап познания предполагает ИЗУЧЕНИЕ именно как механический процесс, для которого совершенно непринципиален способ получения знаний об этих свойствах - является ли он результатом самостоятельного изучения или заучивания. Одним из элементов свойств предмета являются его взаимосвязи, которые расширяют объем этих свойств. Чем сложней предмет, тем больший объем этих свойств и взаимосвязей, соответственно, все нереальней и нереальней становится непосредственное изучение, все более становится необходимым абстрагирование свойств предмета в виде готовых законов и понятий, соответственно, собственно мышление выступает в большей части как систематизатор уже готового знания, и в меньшей - как производитель нового знания. То, что у Ильенкова гладко на бумаге, на практике оказывается совсем наоборот. Невозможно мыслить то, чего нет. Нет базовых знаний - никакое мышление не поможет, абстрактно допустимое положение, что с младенчества обладая развитым диалектическим мышлением, возможно исследовать мир до высокого научного уровня, было и есть абстракцией. Одним словом, те благие советы по развитию мышления, которыми он щедро поделился с читателем, применимы только для имеющих достаточно большой начальный уровень знаний, хорошо зубрящих и обладающих хорошими механическими мнемоническими навыками  школьников, а вовсе не для всех подряд и любого возраста. Взяв по умолчанию в качестве исходного "обучаемого" среднесоветского студента - человека развитого и освоившего школьную программу, имеющий значительный багаж механически усвоенных истин - Ильенков дал рекомендации и начальной, и средней школе, где знаний собственно - кот наплакал, и весь безусловно, здравый посыл о повышении культуры мышления школьников превратился в свою противоположность - в отрицание необходимости знаний только за то, что "не тем путем получены".
Марксисты видят процесс обучения диалектическому мышлению как ЭЛЕМЕНТ ОБЩЕГО ОБУЧЕНИЯ. Если ты изучаешь диалектику, но не изучаешь окружающий мир, то диалектика не поможет вывести никаких правильных идей из ничего. Невозможно быть невеждой с "правильным мышлением" - мышление должна строиться на некоторой базе знаний, как СУБД не выдаст ничего по запросу, если базы данных нет. Когда "Прорыв" призывает изучать диалектику, то мы по умолчанию предполагаем, что наши читатели и сторонники и без этого занимаются самообразованием в обществоведении - изучают историю, экономику, читают статистические сборники, аналистические статьи и научные работы по интересующим обществоведческим проблемам, собирают данные собственными силами из разных источников. И этот чисто механический процесс всегда более трудоемок, чем собственно анализ материала диалектическими методами. Диалектика оплодотворяет знания, но не заменяет их.


любопытное из жизни комсомола
panzer
bortnik
"Как бы то ни было, с тех пор «Влесова книга» — так назвал эту «древнюю летопись» украинский эмигрант С. Лесной — стала предметом пристально­го внимания русских патриотов, писателей и журналистов, которые наконец нашли в ней недостающее звено для восстановления «истинной славянской истории»12. ВК была с восторгом встречена В.И.Скурлатовым, который имен­но в ней черпал вдохновение при написании своих фантастических статей об «арийцах-славянах», чем он увлекался в 1970-1980-х гг. Эта ключевая для нашей темы фигура заслуживает особого внимания. В. И. Скурлатов окончил физический факультет МГУ, после чего был в 1963-1965 гг. аспирантом в Ин­ституте философии АН СССР. Свою общественную карьеру он начал с органи­зации Университета молодого марксиста (УММ) при ЦК ВЛКСМ в 1964 г. Тог­да он был инструктором отдела пропаганды Московского городского комитета ВЛКСМ. В конце 1965 г. в Москве состоялся пленум ЦК ВЛКСМ по вопросам военно-патриотического воспитания молодежи. Среди рассматривавшихся на нём документов был и «Устав нравов», написанный Скурлатовым по заказу МГК ВЛКСМ. Этот документ оказался настолько одиозным, что его автор был выведен из состава Московского горкома ВЛКСМ, исключён из состава КПСС, а УММ был закрыт. Правда, в 1968 г. Скурлатов был восстановлен в КПСС.

Содержание «Устава нравов» не только страдало откровенными отсылка­ми к «коричневым идеям», но и говорило об атмосфере, царившей в те годы на комсомольском Олимпе, в частности о выработке ценностных ориентаций, взятых позднее за основу радикальным русским национализмом, а также неоязычниками. Автор был заворожен образом смерти, и созданный им документ апеллировал к героизму, жертвенности, преодолению эгоизма и добровольному подчинению личных интересов коллективным иррациональным идеям. В част­ности, там содержался призыв к открытому разрыву с «интеллектуализмом» и к созданию культа воина. В ряде своих аспектов (милитаризация общества, корпоративное устройство, культ героизма и смерти и др.) предложения авто­ра до боли напоминали фашистскую модель, что и было причиной выведения Скурлатова из руководящих комсомольских органов. Экстремистский харак­тер документа признаётся всеми исследователями13. Действительно, позднее Скурлатов рассказывал, что с детства увлекался нацистской символикой и, бу­дучи одно время близок к философу А. Ф. Лосеву, делал для него переводы из нацистских работ14. Вот где берут корни многие его фантазии, воспевавшие героические деяния «арийских» предков и борьбу с врагами за всемирное тор­жество «Русской идеи». Всё это продолжало волновать воображение Скурлато­ва, что и привело его в ряды борцов с сионизмом и пропагандистов «великого русского (арийского) прошлого».

В 1970-е гг., работая в Институте научной информации по общественным наукам (ИНИОН), он занимался пропагандой «славной арийской истории» и одновременно издал одну из самых радикальных антисионистских книг «Сио­низм и апартеид», содержавшую откровенную антисемитскую пропаганду15. Эта книга сделала его одним из кумиров членов объединения «Память», ко­торым импонировала идея противостояния «еврейскому господству». Мало того, в 1983-1985 гг. Скурлатов вёл спецкурс «Критика идеологии сионизма» в Университете дружбы народов им. Патриса Лумумбы16. Не пользуясь призна­нием у историков, его писания оказали существенное влияние на становление расистского и антисемитского направления в русской фантастике. Чтобы сти­мулировать развитие этого направления, он даже пытался организовать пере­вод и издание в СССР ряда написанных в том же духе произведений западных авторов. Как установлено экспертами, свои представления о «сионизме» Скур­латов черпал из нетленного произведения Гитлера «Mein Kampf»17. Кроме того, работая в 1960-х гг. в комсомольском аппарате, Скурлатов, разумеется, не мог пройти мимо «Протоколов сионских мудрецов», которые были в этих кругах хорошо известны18. В 1970-1980-х гг. Скурлатов активно печатался в журнале «Техника - молодёжи» и таких альманахах, как «Тайны веков» и «Дорогами тысячелетий», где наряду с другими единомышленниками развивал фантазии о «русской языческой предыстории»19."

http://svitoc.ru/page/articles.html/_/russia/vlesbook

А ВОТ И САМ "УСТАВ НРАВОВ"
http://www.anticompromat.org/skurlatov/ustav.html

МНОГО, МНОГО ЛУЛЗОВ!!!

?

Log in